Но они так делали и против кавалерии!
Европейская кавалерия брала массой и натиском, порядком рядов.
Нигде не видел чтоб против развёрнутого эскадрона/полка мамелюки/калмаки/башкорты стреляли по-парфянски и применяли "вентерь".
Потому этот момент и интересен - может, была какая причина?
Они никогда не сталкивались с чистой конницей - постоянно массовые сражения были комбинированными. И иррегулярная конница применялась там так, как ее и надо было применять.
Перед ней не ставили задачу - снести полк драгун в лобовой схватке. Максимум - обстрелять, задержать, расстроить, охватить, навести шорох и главное - вовремя тикать.
На войне всегда чего-нибудь не хватает. Но видел отчёты о снаряжении калмаков в 1812 - пики и сабли далеко не у каждого
А что, калмаки у нас в России водились? Калмыки - да, а калмаки...
Всех в 1812 г. вооружили прекрасно. Я даже удивлен - откуда нашли по 2-3 пистолета на всадника. Пика, ружье, 2-3 пистолета, сабля легкокавалерийская.
Луки были в 1807 г., когда какая-то команда иррегулярных оборванцев, ЕМНИП, под Фридландом (или где-то еще в ту войну) участвовала. А в 1812 г. с луками были башкиры. Калмыки были полностью перевооружены и обмундированы на казачий манер (см. выше).
Не обязательно перезаряжать. Дать залп перед сшибкой.
В ордонансных ротах верховые арбалетчики на скаку не заряжались.
По Посошкову сибирские верховые стрельцы попадают в мишень на скаку из пищалей - 10 сажен, из пистолей - 5 сажен
Ну, выстрелил раз. Дальше что?
В ордонансных ротах арбалетчики и прочие кутилье, ЕМНИП, строились пешими, а на конях просто передвигались.
А Посошков был настолько умный, что в голову даже ел! Вообще, сложно представить - как он до этого дошел своим умом?
Пистолет на 5 сажен - это очень серьезная для того пистолета дистанция. К тому же пистолеты обычно носили парой. Второй рекомендовалось оставлять заряженным на всякий случай и стрелять только в критической ситуации. Ну и пистолеты те + пищали были или кремневыми, или колесцовыми. Все не с фитилем на скаку кувыркаться.
А само по себе ведение боя с применением конными огнестрельного оружия без перезарядки - нонсенс.
Не читали "Ловец орлов" Шульца? Там описывается момент, когда молодой индеец на скаку стреляет в бизона из ружья и понимает, что перезарядить его не сумеет (нет опыта). Тогда он просто его бросает в кусты и далее скачет с луком. За что, правда, получает потом втык - мол, сломаешь ружье.
А у тех, кто выстрелит из фитильного карамультука при сближении один раз, что дальше? У того индейца хотя бы не противник был, а убегающие бизоны, да еще и лук впридачу (книга очень точная - Шульц много лет жил в этом племени и все свои повести писал на основании записанных им рассказов индейцев):
На вершине холма я отпустил поводья, и моя лошадь, давно уже почуявшая запах бизонов, помчалась галопом. От нас бизоны находились на расстоянии выстрела из лука. Я подъехал близко к стаду, когда животные меня заметили и, задрав хвосты, обратились в бегство.
Выбрав жирного двухгодовалого бизона, я направил к нему мою лошадь и, подскакав чуть ли не вплотную, выстрелил. Пуля задела легкие, и кровь хлынула у него из ноздрей. Отъехав в сторону, я стал заряжать ружье. Сотни раз слышал я о том, как охотники на всем скаку пересыпают порох. Прислонив ружье к левому плечу, я насыпал пороху из рога на ладонь правой руки и попытался зарядить ружье, но неудачно - порох развеялся по ветру. Я повторил попытку и снова потерпел неудачу. - "Плохо дело! - подумал я. - Порох стоит слишком дорого, чтобы посыпать им равнину!" Приостановив лошадь, я бросил ружье в кусты и достал лук и стрелы. Мне не приходилось погонять моего горячего коня; он знал, что от него требуется, и я должен был только направить его к намеченному мной животному.
На этот раз я выбрал большую самку, такую жирную, что она не поспевала за стадом. Когда я в нее прицелился, она круто повернулась и побежала назад. Тотчас же повернула и моя лошадь; казалось, она во что бы то ни стало хотела догнать бизона. Я не ждал такого резкого поворота и едва не вылетел из седла, но, к счастью, успел уцепиться за гриву. Лошадь перешла в галоп и быстро догнала бизона. Поравнявшись с ним, я выстрелил ему в спину, и стрела задела сердце. Животное метнулось в сторону, сделало несколько прыжков и тяжело рухнуло на землю.
Не сразу удалось мне повернуть лошадь назад. Спрыгнув на землю, я осмотрел тушу бизона и подумал: "С ружьем я не умею обращаться, зато из лука стреляю хорошо". Эта мысль меня утешила. Мне было очень стыдно, что я рассыпал порох.
Подъехала моя мать и протянула мне ружье. Вслед за ней появилась и бабушка. Обе женщины видели, как я бросил ружье.
- Если бы ты был осторожен, ружье не выскользнуло бы у тебя из рук, - сказала мать. - А ведь оно не твое. Ты знаешь, что Красные Крылья очень им дорожит. Что бы мы делали, если бы ты его сломал?
- Старик понял бы, что нельзя давать ружье глупому мальчишке, - вмешалась бабушка.
Я промолчал. Мне не хотелось им говорить, что я нарочно бросил ружье.
