Епископы в бою: надо разобраться

[Макс Скальд]

Разрозненные заметки.
Итак, первый тезис: для епископов (речь идет об XI в., но примеру ищем и в X, и в XII, и в начале XIII вв.) не было нормой лично выезжать на поле боя с оружием в руках. Чаще это были мирные люди, во время битвы максимум молившиеся в лагере о победе своего войска.
Второй тезис: были и епископы-воители. Такие отмечены и в "Песне о Роланде", и в битве при Бувине. Но это было отклонение от нормы, а не норма. Пусть и довольно частое в 11-13 вв.
Тезис третий: Церковнослужитель на коне, в броне и с оружием - это, на самом деле, явление совершенно несовместимое с Новым Заветом, постановлениями соборов и христианской моралью в целом. Явление принципиально антихристианское, что в глубине души сознавали и в то время. Большинство епископов были вполне мирные монахи – проповедники, книжники, администраторы, но не воины.

Верно ли это?
Разобраться с участием епископов в битвах – «такого служителя Божия, кто пожелал бы запятнать свои руки участием в войне» (Дюби, с.102). Им не подобает смешиваться с воюющими.

1. Епископ Эд (Одо) при Гастингсе
Вероятно, был в рядах воинов, с жезлом полководца и в доспехах, но только воодушевлял и собирал воинов, не принимая лично участия в бою.
По словам Ордерика Виталия, Many of the clergy had followed the Norman army, among whom were two bishops, Odo, of Bayeus, and Geoffrey, of Coutances, with attendant clerks and monks, whose duty it was to aid the war with their gravers and counsels.
О том же Гийом де Пуатье (с.12): епископы, клирики и монахи «собрались и приготовились сражаться с врагом молитвами».
На ковре из Байё сказано: «Здесь Одо епископ, жезл держа, confortat [comfortat??? может быть поздняя вставка, как и - по всей вероятноти - следующее слово] pueros». Собирает войска. Хотя что за pueros? Brown, p.212 – он возвращает назад в строй, в бой, юношей, не ставших еще рыцарями, оруженосцев, которые были готовы бежать с поля битвы.
То, что его baculum не булава или дубина, а именно жезл военачальника – Bennett M., Guest K. Exploding the Myths of Hastings//Military Illustrated (MI). № 100. 1997. P.27.
Епископ, вероятно, не участвовал в собственно бою и носит, возможно, стеганый доспех, а не кольчугу. В шлеме, верхом, без щита. Gravett C. Norman Knight 950-1204 AD. Osprey,1993. P.21.
Епископ Одо не собирался участвовать в бою. Как и епископ Кутанса, Жоффруа, он, вероятно, возносил молитвы к Господу с просьбой о помощи, помогал в руководстве войсками и воодушевлял (подбадривал) людей. Gravett C. Hastings 1066. Osprey,1996. P.64. О том же – P. 73.
Он (находился до того в тылу) перехватил и повернул назад большую группу молодых, охваченных паникой, воинов. Там же. P.68.

2. Ренье, архиепископ Санса (персонаж вымышленный).
Песни о Гильоме Оранжском, с.406. Жеста «Монашество Гильома». Коня архиепископ вздыбил круто,
Галопом устремил его на турка
И крикнул: «Пусть господь нас с ним рассудит!»
… И мертвым нехристь с иноходца рухнул.
Прелат сказал: «Хвастун, я по заслугам
Тебе воздал за наших».
2а. О том же. Епископ Турпен и епископ Жером - оба имеют исторические прототипы.

3. При Бувине:
Епископ Бовэ, Филипп де Дрё – сражался лично. NB: Славился своей воинственностью – в 1197 г. пленен Ричардом Английским. Лихой воин. Попытка выторговать у Ричарда пленного епископа Бове привела только к гневной вспышке короля: «Он взят был не как епископ, но как вооруженный рыцарь, с опущенным шлемом…».
Но: епископ Санлиса брат Госпиталя Герен – скорее всего, как Эд при Гастингсе.
Филиппида: Indeed, the Bishop of Beauvais, having seen the brother of the King of the English, a man of incredible strength whom the English had on this account nicknamed "Longsword," overthrow the men of Dreux and do great harm to his brother's battalion, the bishop became unhappy, and since by chance he happened to have a mace in his hand, hiding his identity of bishop, he hits the Englishman on the top of the head, shatters his helmet, and throws him to the ground forcing him to leave on it the imprint of his whole body. And, since the author of such a noble deed could not remain unnoticed, and since a bishop should not be known to have carried arms, he tries to hide as much as possible and gives orders to John, whom Nesle obeys by the right of his ancestors, to put the warrior in chains and to receive the prize for the deed. Then the bishop, throwing down several more men with his mace, again renounces his titles of honor and his victories in favor of other knights so as not to be accused of having done work unlawful for a priest, as a priest is never allowed to be present at such encounters since he must not desecrate either his hands or his eyes with blood. It is not forbidden, however, to defend oneself and one's people provided that this defense does not exceed legitimate limits…
Гийом Бретонец: In this battalion was Brother Guerin, the Elect of Senlis, fully armed, not to do battle but to admonish and exhort the barons and other knights to fight for the honor of God, of the King, and of the kingdom, and for the defense of their own welfare. … In the end, he [граф Рено] would have succeeded in taking the count away from them if the Elect Guerin had not appeared at the place. As soon as the count saw him, he gave him his sword and surrendered to him, begging him to spare his life.

4. Аббат монастыря Рэмзи – убит при Эшингтоне в 1016 г.

Организация англов: за элдорменом и эрлом стоял епископ (992, 1016, 1056 гг.). Иногда (в 1049 г. как местный командир, а в 1051 г. как представитель короля) он действовал независимо от них. В 1016 г. среди павших в битве при Эшингтоне оказался Вулсиг, аббат Рэмзи. Но в целом прелат-полководец был фигурой необычной (поступок Леовгара, выступившего в поход на валлийцев в 1056 г., удостоился в хронике разъяснения воинственности епископа). Для войны у них были “предводители войска” (как у прелата Вустера), аналог германских фогтов.
Но, как и во Франции, командование военным отрядом не означает личного участия в бою. Единственное исключение – епископ Леовгар???
992. Then the king and all his council resolved, that all the ships that were of any account should be gathered together at London; and the king committed the lead of the land-force to Alderman Elfric, and Earl Thorod, and Bishop Elfstan, and Bishop Escwy; that they should try if they could anywhere without entrap the enemy.
1049. The people were soon gathered against them [пиратов ИРландии], and there was also with them Bishop Eldred, but they had too little assistance, and the enemy came unawares on them very early in the morning, and slew on the spot many good men; but the others burst forth with the bishop. This was done on the fourth day before the calends of August.
1051. Earl Harold with Leofwine went to Bristol in the ship that Earl Sweyne had before prepared and provisioned for himself; and the king sent Bishop [Вустера] Aldred from London with his retinue, with orders to overtake him ere he came to ship.
1056. The worthy Bishop Athelstan died on the fourth before the ides of February; and his body lies at Hereford. To him succeeded Leofgar, who was Earl Harold's mass-priest. He wore his knapsack in his priesthood, until he was a bishop. He abandoned his chrism and his rood – his ghostly weapons – and took to his spear and to his sword, after his bishophood; and so marched to the field against Griffin the Welsh king. (79) But he was there slain, and his priests with him, and Elnoth the sheriff, and many other good men with them; and the rest fled. This was eight nights before midsummer.
(79) This was no uncommon thing among the Saxon clergy, bishops and all. The tone of elevated diction in which the writer.

 

[Илья Литсиос]

У Комнины есть забавный рассказ об одном латинском священнослужителе, который в морском бою бился за десятерых, в отличии от греческих церковников, которые служат богу и не оскверняют себя кровью.

 

[Дмитрий П.]

"И вот стрела, пущенная из цангры, попала в верхушку шлема и пробила его на лету, не задев даже волоска Мариана; провидение не допустило этого. Мариан быстро метнул в графа другую стрелу и ранил его в руку; стрела пробила щит, прошла сквозь чешуйчатый панцирь и задела бок графа. Это увидел один латинский священник, тринадцатый по счету из тех, кто сражался вместе с графом. Стоя на корме, он стал метать в Мариана стрелы. Но Мариан не пал духом и продолжал яростно сражаться, побуждая к тому же и своих воинов, так что раненным и изнуренным соратникам латинского священника пришлось трижды сменяться. Но сам священник, хотя и получил много ран и был весь залит кровью, бестрепетно продолжал битву.
Представление о священнослужителях у нас совсем иное, чем у латинян. Мы руководствуемся канонами, законами и евангельской догмой: «не прикасайся, не кричи, не дотрагивайся, ибо ты священнослужитель». Но варвар-латинянин совершает службу, держа щит в левой руке и потрясая копьем в правой, он причащает телу и крови господней, взирая на убийство, и сам становится «мужем крови», как в псалме Давида. Таковы эти варвары, одинаково преданные и богу и войне. Так и этот, скорее воин, чем священнослужитель, надел священное облачение и, взяв в руки весло, устремился в морской бой, начав битву сразу и с морем и с людьми. Наши же обычаи, как я уже говорила, следуют... Аарона, Моисея и нашего первого епископа.
Бой продолжался с вечера до середины следующего дня и становился все ожесточенней. Латиняне, хотя и против воли, сдались Мариану, прежде получив от него обещание сохранить им жизнь. Но этот воинственный священник не прекратил боя и тогда, когда уже был заключен мир. Опустошив колчан, он схватил булыжник и швырнул его в Мариана, который успел прикрыть голову щитом; камень ударился о щит, разбил его на четыре части и пробил шлем. Мариан, оглушенный ударом, сразу потерял сознание и долго лежал, не издавая ни звука, подобно знаменитому Гектору, когда тот едва не испустил дух, пораженный камнем Аякса. С трудом придя в себя и собравшись с силами, Мариан стал метать стрелы в своего врага и трижды его ранил. Но этот, скорей воитель, чем священник, все еще не насытился битвой. Перекидав руками все камни, оставшись без камней и без стрел и не зная, что ему делать дальше, чем защищаться от врага, он стал метаться и буйствовать, как зверь, терзающий от ярости самого себя. Все, что попадалось под руку, он тотчас же пускал в ход. Найдя мешок с хлебами, он стал их швырять как булыжники, будто свершая службу и превращая битву в богослужение. И вот, схватив один из хлебов, он изо всех сил бросил его в лицо Мариану и расшиб ему щеку.
Вот все об этом священнике, о корабле и его экипаже. Граф Брабанта, сдавшись вместе с кораблем и со своими людьми, с готовностью последовал за Марианом. Когда же они достигли берега и сошли с корабля, этот самый священник стал повсюду разыскивать Мариана; не зная его имени, он искал его по цвету одежды. Найдя, он подошел к нему, обнял, поцеловал и тут же хвастливо сказал: «Если бы вы встретились мне на суше, много вас погибло бы от моих рук». Выпустив Мариана из объятий, он дал ему серебряный кубок ценой в сто тридцать статиров. Сказав это и сделав такой подарок, священник испустил дух."

 

[Тогрул]

.

 

[Deli2]

Они были феодалами, потому не могли не воевать. Епископам, как и другим священникам, запрещалось проливать кровь, потому любимым оружием епископов были разного рода булавы, дубины и т.д.
Длугош красочно описывает поведение в Грюнвальдской битве Олесницкого, которого он хорошо знал. Показательное описание с точки зрения правил поведения епископа в битве.

 

[jaroslaw]

Епископ - прежде всего священник. Феодальные обязанности требуют от него предоставить в распоряжение сюзерена войска, а не проливать кровь.
Все-таки это чисто европейский выверт

 

[Илья Литсиос]

Ну на Руси священники тоже в случае нужды оружие в руки брали, например при осаде Троице-Сергиева монастыря: "Вспоминая впоследствии о таких вылазках, поляки говорили, что в них участвовали и многие монахи, которые бились конными и пешими и захватывали пленных и пушки, будучи “тяжелы и вельми сильны” – “да и то мы видели, и с нами многие панове: един мних ухватил нашу полуторную пищаль и на рамо свое возложил, в мур у нас унесе…” (А. Палицын по рассказу С. Языкова)."

 

[dima]

...вроде как разные вещи. На Западе все братья-рыцари орденов считались монахами. А у нас пример- Пересвет и Ослябя.

 

[Илья Литсиос]

Где-то в провинции грабители напали на церковь, а священник их (по-моему человека три) из ружья и положил. Обычного гражданина, наверное, упекли бы по нашим гуманным законам за превышение самообороны, а для батюшки, по просьбе церковного начальства, уголовное дело до суда закрыли, и сана, само собой, он не лишился.

 

[dima]

... , вобщето священнику убивать человеков нельзя, но в данном случае "церковь воинствующая", даже икона такая есть. А что не посадили очень хорошо, ежели б и на простых граждан сиё распространялось преступности у нас бы не было.
Но тогда МВД не нужно, а это непорядок.

 

[Илья Литсиос]

Ежели каждому дать право себя защищать от преступников, это ж до потрясения основ дойти может, что, при порядках существующих в России, когда всякий чиновник в погонах и без считает своим природным правом вытирать ноги о прочих граждан и при этом ещё и кормиться за их счёт, вещь опасная.

 

[dima]

.

 

[dima]

В Men-at-Arms №310, где Германские армии средневековья 1000-1300, интересная картинка, там Walter von Geroldseck, Bishop of Strasbourg нарисован, вроде как это епископ (аглицкий я плохо знаю), так не только палица, но и меч и доспех полный, т.е. готовый к употреблению рыцарь?

 

[Deli2]

Братья рыцари были особыми монахами, скорее это рыцари от церкви или как в летописях - "божьи дворяне". Они воевали не за души, а за землю. Такая была официальная доктрина - отобрать дар божий, землю у тех, кто ею владеет вопреки божьему мироустройству.

Цистерсы вообще не имели права совершать обряды, для этого были другие монахи и другие священники. К тому же братья рыцари были знатными, для них война являлась основной задачей, а технические действия по распространению веры было занятием для простолюдинов.

 

[Deli2]

Судя по имени, он рыцарь по происхождению, а воевать ему никто не запрещает. Это ещё св.Бернард разяснил, что воевать за цвятое дело - можно.

Было различие между участниками крестовых походов и рыцарскими орденами. Первые воевали за искупление, вторые - за вознаграждение.

 

[dima]

...как епископу кровь проливать нельзя? Воюй на здоровье палицей, а меч зачем? Как подтверждение происхождения?

 

[Deli2]

Зависело от обстоятельств. Происхождение это само собой, всё таки разные дубины это не оружие для знатного человека. К тому же епископ в бою всегда командир, а командиру по обычаям того времени обязательно было иметь полное и хорошее вооружение, хотя по ходу битвы его применять не всегда была надобность. Качество вооружения командиров имело психологическое воздействие, это было важно, потому, что феодальное войско по сути своей было управляемо авторитетом, т.е. - трудноуправляемо.

А если речь о святом деле защиты церкви от каких нибудь иноверцев, то тут многие запреты и ограничения отменялись. Латеранские договорённости о неприменении "жестокого оружия" распространялись только на христиан.

 

[dima]

... теперечи Герман оф Тарту. Тоже в Оспри "Пейпус-озеро 1242". Герман Дерптский в рыцарском доспехе с мечом в руке самоотверженно защищает латышских пизантов от злых русских мародёров.