jaroslaw
Active member
Писалось это не для форума, но в предполагавшееся место публикации я безнадежно опоздал 
(.
Итак, кое-что о соответствии политического строя и организации армии на примере Римского государства.
НАРОДНАЯ АРМИЯ
В середине III в. до н.э. все земли Италии до долины Пада находились под властью Рима и были организованы в политическую структуру, которая у ученых Нового времени получила наименование Римско-Италийского союза.
Формировался он следующим способом. Римский Сенат и Народ находил повод и объявлял войну кому-либо из своих соседей, либо ход событий сам подталкивал политическую верхушку италийских племен или городов вступить в борьбу с чрезмерно усилившимся городом на Тибре.
Побежденным предлагалось войти в состав Res Publica Romana – «общих римских дел». Это означало, что побежденные народы заключали союз с Римом, сохраняя внутреннее самоуправление. Они были отныне socii – союзники римского народа, обязанные платить дань и поставлять людей в контингенты вспомогательных войск. Альтернативой такому исходу было продолжение войны с перспективой полного разгрома и уничтожения всяких следов самостоятельности.
Часть земель новых союзников передавалась в руки римлян и обращалась в общественные земли – ager publicus. На него выводились колонии или муниципии, заселяемые римскими гражданами.
Таким образом решались одновременно 2 задачи:
– территория насильственно присоединенных и лишенных части земель союзников ставилась под надежный контроль со стороны кровно заинтересованных в этом римских военных поселенцев;
– бедное население не превращалось в склонную к паразитизму и порождающую социальное напряжение городскую чернь, что было характерно для полисов Греции, а получало возможность значительно повысить свой социальный статус.
В совокупности такая политика значительно усиливала римскую армию и подталкивала Сенат и народ на путь завоевания новых земель и вывода новых муниципиев. В результате армия Римской республики была одновременно полностью аполитична и крайне политизирована.
Аполитичность армии выражалась в том, что она никак не участвовала в политической борьбе. Это было зафиксировано юридически.
Римскими войсками могли командовать только консулы и преторы – высшие римские магистраты, обладающие военной и судебной властью над гражданами, империем (imperium). Но военная власть консулов и преторов начиналась только за пределами городской черты Рима. В пределах Города вообще запрещалось носить оружие. Набор войск финансировал Сенат.
Политизированность армии выражалась в том, что все старшие командиры римской армии были выборными магистратами. Равные по статусу должностные лица при совместном командовании должны были сменять друг друга. Объединенная консульская армия управлялась сразу 2 консулами, которые чередовались через день. Избранные для каждого легиона 6 военных трибунов были равноправны, и им приходилось составлять график командование: 2 месяца во главе легиона стоят 2 трибуна, затем передают полномочия следующей паре и т.д.
При этом и консулы, и преторы, и военные трибуны были членами Сената и нередко принадлежали к различным политическим группировкам, что существенным образом влияло на принимаемые решения.
С точки зрения военного дела эллинистических государств это было недопустимо: войсками командовали политики.
Серьезнейшим образом на облик римской армии влияла система ее комплектования и оснащения. В III в. до н.э. римские легионы формировались на основе всеобщей воинской обязанности. Каждый гражданин был обязан на свои средства приобрести вооружение установленного образца и совершить определенное количество походов. Это имело целый ряд следствий.
Первым следствием было заметное облегчение вооружения основной массы воинов. Еще в V в. до н.э. римский легион по вооружению соответствовал греческой фаланге. Однако большинство римлян не могло позволить себе тяжелое вооружение, а войны шли непрерывно, и ежегодно нужно было собирать две 10-тысячные консульские армии. Кроме того, политическая история Рима в это время – история борьбы плебеев за равноправие, а главнейшим аргументом в этой борьбе было соответствие цензу полноценного воина.
В результате в легионе из 4200 пехотинцев было 1200 легковооруженных метателей-велитов с дротиками, и только 600 триариев соответствовали в определенной степени гоплитам по своему снаряжению. 2400 принцепсов и гастатов формировали 2 передовые боевые линии и должны были градом тяжелых дротиков остановить порыв атакующих и подготовить условиях для атаки триариев, а при удачном стечении обстоятельств – и атаковать самим.
В эллинистической Греции воинов, подобных принцепсам и гастатам, в качестве тяжелой пехоты не рассматривали и именовали тюреофорами, от thyreos – «дверной» щит, призванный компенсировать отсутствие панциря. Действительно защита торса гастатов и принцепсов была очень условна: прямоугольная пластина на ремнях. Шлем был также очень упрощенного типа; в Греции его именовали pilion, от pilos – названия легкого конического шлема, популярного 200 годами раньше.
Вторым следствием была примитивизация тактики. Хотя теоретически предполагалась смена линий гастатов и принцепсов с возможной перспективой вывода в атаку вооруженных копьями триариев, источники не разъясняют нам, как это происходило, и историки с XVI в. спорят о том, как это должно было происходить. Судя по всему, вожди римской армии должны были отказаться от сложного маневрирования на поле боя и полагаться на лобовой удар, без фланговых охватов и взаимодействия с конницей.
Наиболее такая армия была приспособлена для разгрома галлов, которые были хуже вооружены и в массе не имели доспехов. Легионеры должны были сомкнуть щиты и выдержать натиск физически крепких, но постоянно поражаемых летящими через головы дротиками воинов.
Единственное короткое столкновение с немногочисленной, но профессиональной армией Пирра оставило у римлян крайне неприятные воспоминания.
Неудивительно, что во Второй Пунической войне 218–201 гг. до н.э. римская армия буквально умылась кровью. Против привыкшего к победам над качественно уступающим противником ополчения выступила сравнимая по численности и заметно превосходящая по организованности армия, которой руководил выдающийся полководец.
На протяжении 218–216 гг. Ганнибал разгромил наголову в общей сложности 6 консульских армий. Потери римлян только убитыми были больше 100 тысяч, снятые с убитых сенаторов кольца отсылались в Карфаген мешками. Ганнибал угрожал самому существованию Рима.
В этой ситуации очевидные недостатки призывной римской армии обернулись преимуществами.
Молодые призывники в больших количествах закупали дешевое и относительно легкое вооружение и быстро осваивали примитивную тактику.
Даже огромные потери начального периода войны не исчерпали людских ресурсов Рима, и половину этих людских ресурсов поставляли сохранившие верность союзники: каждый легион поддерживали 10 вспомогательных когорт, в которых собственно римлянами были только префекты.
Численное превосходство позволило римлянам к середине войны захватить инициативу, запереть Ганнибала в Южной Италии, разгромить карфагенские войска на других театрах и перенести войну в Африку.
Политическая элита выдвигала, а народ избирал на должности, связанные с командованием войсками, подготовленных к этому людей, как «меч Рима» Клавдий Марцелл и П. Корнелий Сципион.
Народная армия целиком оставалась в подчинении государства. В 215 г. до н.э. в Испании была разгромлена армия братьев Публия и Гнея Корнелиев Сципионов (отец и дядя победителя Ганнибала). Один из уцелевших командиров восстановил управляемость в толпе беглецов и принял на себя полномочия пропретора. Сенат не утвердил его и прислал замену. А военная и политическая карьера храброго и решительного воина на этом кончилась. Во всяком случае, в источниках его имя более не встречается
Рим славился жестокими наказаниями для нарушителей субординации и дисциплины. Однако именно народная армия отличалась низким уровнем дисциплины.
Вторая Пуническая война была для Рима поистине Отечественной войной, и в ней победила народная армия со всеми ее положительными и отрицательными сторонами.
ПОЛИТИЧЕСКАЯ АРМИЯ
Победа в войне означала для Рима не только устранение противника. С этого времени можно говорить об Imperium Romanum – власти римского народа над завоеванными странами. Теперь римские армии годами вели боевые действия на Балканах, в Малой Азии и Африке.
Обширные территории были превращены в провинции – владения римского народа, в которые назначались пропреторы. Сбор налогов с этих территорий осуществлялся откупщиками, как правило – из сословия римских всадников, с которыми сенаторы делили выгоды от завоеваний.
Ситуация осложнялась развитием товарно-денежных отношений. Во II в. до н.э. в Италии развивались высокотоварные рабовладельческие виллы, хозяева которых приобретали земли беднеющих крестьян и использовали труд приобретаемых на рынках рабов из провинций. Для того, чтобы вывести на новые земли колонию и сократить в Италии количество неимущих, необходимо было политическое решение.
Речи о защите Отечества уже не было – воины были вынуждены надолго отрываться от семьи и хозяйства и воевать для обогащения нобилитета. Распространение получила неслыханная ранее практика откупа от призыва. Передаваемый гражданину приказ консула мог быть отменен решением подкупленного плебейского трибуна. Изначально правозащитная должность плебейского трибуна (tribunus plebis – не «народный», как традиционно переводят), который и избирался-то не на собрании, а на так называемых плебейских сходках, превратилась в трамплин для политических авантюристов.
При необходимости римские власти без малейшего колебания пускали в ход армию против внутреннего врага. Примером может служить знаменитое дело о вакханалиях – преступном отправлении религиозного культа и связанных с ним тяжких уголовных преступлениях.
Тогда свидетелей пришлось прятать в забаррикадированном доме тещи консула под охраной ликторов, а Сенат по представлению консула собрал граждан на Собрание и объявил мобилизацию и военное положение.
Однако в политической борьбе армия не участвовала. В 133 г. до н.э. плебейский трибун Тиберий Гракх попытался захватить власть и был убит в драке на Форуме. В 121 г. до н.э. его брат, бывший плебейский трибун Гай Гракх попытался воздействовать на Собрание с помощью вооруженных банд и также был убит в уличном столкновении. В 99 г. до н.э. прямо на Капитолии был забросан камнями осужденный за политическое убийство плебейский трибун Апулей Сатурнин, в 91 г. был убит – уже без всякого приговора – создавший вооруженные отряды плебейский трибун Ливий Друз. Однако эти убийства были средством политической борьбы. Санкции на применение армии против граждан не было.
Воевала народная армия отвратительно. В 153–132 гг. до н.э. продолжалась война на Иберийском полуострове, сопровождавшаяся вероломным истреблением союзных племен, грабежами и такими злоупотреблениями римских военачальников, что приходилось рассматривать дела в суде. Война началась с разгрома армии рииского пропретора в 153 г. до н.э., а в 137 г. до н.э. пришлось дипломатическими методами спасать от уничтожения окруженную армию консула Гостилия Манцина.
В 138–132 гг. продолжалось рабское восстание на Сицилии, и для его подавления пришлось отправлять консульскую армию.
В дальнейшем стал нормой систематический разгром консульских армий.
В 130 г. до н.э. царь основанного в Пергаме «Государства Солнца» Аристоник разгромил и казнил консула П. Лициния Красса Муциана.
В 113 г. до н.э. кимвры разгромили при Норее консула Папирия Карбона
Война в Африке против непокорного нумидийского царя Югурты ознаменовалась серией позорных поражений. В 109 г. до н.э. подкупленные центурионы пропустили врага в лагерь, и разгромленная армия пропретора Авла Постумия Альбина должна была пройти под ярмом.
В 107 г. в сражении с гельветами погибла армия во главе с консулом Л. Кассием Лонгином.
В 105 г. до н.э. вернувшиеся кимвры уничтожили при Араузии объединенную армию консула Гн. Манлия Максима и проконсула Кв. Сервилия Цепиона. На поле боя легло 80 тыс. воинов – больше, чем при Каннах.
В этой ситуации консул Гай Марий провел реформу комплектовании легионов из числа вооружаемых из государственных арсеналов пролетариев – неимущих, которые ранее не могли вступить в армию, так как из всего имущества имели только потомство (proles).
Командный состав армии остался политизированным: легионы по-прежнему ежегодно набирали консулы и преторы, военные трибуны также ежегодно избирались, а в дополнительно набранные легионы назначались консулами.
Это немедленно привело к тому, что неимущие наемные воины увидели в популярных политиках гарантию своего будущего. Уже 88 г. до н.э. консул Л. Корнелий Сулла отказался признать приказ Собрания о сдаче командования, ввел в Рим легионы и разогнал вооруженные отряды плебейского трибуна Сульпиция Руфа. В 87 г. до н.э. то же самое проделал бежавший из Рима автор военной реформы консул Гай Марий. В 83–82 гг. до н.э. Сулла разгромил марианцев и захватил власть.
Политизированная наемная армия готова была служить кому угодно. В 78 г. до н.э. консул М. Эмилий Лепид присоединился к восстанию этрусков, а бывший претор-марианец Кв. Серторий поднял против Сената племена Испании и заключил союз с внешним врагами Рима – галлами, понтийцами, пиратами. В 62 г. до н.э. политический авантюрист Л. Сервий Катилина двинул на Рим легионы ветеранов, обещая просто отмену долгов и истребление политических врагов. В 49 г. до н.э. римская армия разделилась на 3 группировки во главе с собственными вождями.
Начался новый этап гражданских войн, завершившийся в 30 г. до н.э. установлением режима Принципата.
Профессиональная армия с политизированным командным составом оказалась несовместимой с республиканским строем, тем более в ситуации социального кризиса.
(продолжение следует)
(. Итак, кое-что о соответствии политического строя и организации армии на примере Римского государства.
НАРОДНАЯ АРМИЯ
В середине III в. до н.э. все земли Италии до долины Пада находились под властью Рима и были организованы в политическую структуру, которая у ученых Нового времени получила наименование Римско-Италийского союза.
Формировался он следующим способом. Римский Сенат и Народ находил повод и объявлял войну кому-либо из своих соседей, либо ход событий сам подталкивал политическую верхушку италийских племен или городов вступить в борьбу с чрезмерно усилившимся городом на Тибре.
Побежденным предлагалось войти в состав Res Publica Romana – «общих римских дел». Это означало, что побежденные народы заключали союз с Римом, сохраняя внутреннее самоуправление. Они были отныне socii – союзники римского народа, обязанные платить дань и поставлять людей в контингенты вспомогательных войск. Альтернативой такому исходу было продолжение войны с перспективой полного разгрома и уничтожения всяких следов самостоятельности.
Часть земель новых союзников передавалась в руки римлян и обращалась в общественные земли – ager publicus. На него выводились колонии или муниципии, заселяемые римскими гражданами.
Таким образом решались одновременно 2 задачи:
– территория насильственно присоединенных и лишенных части земель союзников ставилась под надежный контроль со стороны кровно заинтересованных в этом римских военных поселенцев;
– бедное население не превращалось в склонную к паразитизму и порождающую социальное напряжение городскую чернь, что было характерно для полисов Греции, а получало возможность значительно повысить свой социальный статус.
В совокупности такая политика значительно усиливала римскую армию и подталкивала Сенат и народ на путь завоевания новых земель и вывода новых муниципиев. В результате армия Римской республики была одновременно полностью аполитична и крайне политизирована.
Аполитичность армии выражалась в том, что она никак не участвовала в политической борьбе. Это было зафиксировано юридически.
Римскими войсками могли командовать только консулы и преторы – высшие римские магистраты, обладающие военной и судебной властью над гражданами, империем (imperium). Но военная власть консулов и преторов начиналась только за пределами городской черты Рима. В пределах Города вообще запрещалось носить оружие. Набор войск финансировал Сенат.
Политизированность армии выражалась в том, что все старшие командиры римской армии были выборными магистратами. Равные по статусу должностные лица при совместном командовании должны были сменять друг друга. Объединенная консульская армия управлялась сразу 2 консулами, которые чередовались через день. Избранные для каждого легиона 6 военных трибунов были равноправны, и им приходилось составлять график командование: 2 месяца во главе легиона стоят 2 трибуна, затем передают полномочия следующей паре и т.д.
При этом и консулы, и преторы, и военные трибуны были членами Сената и нередко принадлежали к различным политическим группировкам, что существенным образом влияло на принимаемые решения.
С точки зрения военного дела эллинистических государств это было недопустимо: войсками командовали политики.
Серьезнейшим образом на облик римской армии влияла система ее комплектования и оснащения. В III в. до н.э. римские легионы формировались на основе всеобщей воинской обязанности. Каждый гражданин был обязан на свои средства приобрести вооружение установленного образца и совершить определенное количество походов. Это имело целый ряд следствий.
Первым следствием было заметное облегчение вооружения основной массы воинов. Еще в V в. до н.э. римский легион по вооружению соответствовал греческой фаланге. Однако большинство римлян не могло позволить себе тяжелое вооружение, а войны шли непрерывно, и ежегодно нужно было собирать две 10-тысячные консульские армии. Кроме того, политическая история Рима в это время – история борьбы плебеев за равноправие, а главнейшим аргументом в этой борьбе было соответствие цензу полноценного воина.
В результате в легионе из 4200 пехотинцев было 1200 легковооруженных метателей-велитов с дротиками, и только 600 триариев соответствовали в определенной степени гоплитам по своему снаряжению. 2400 принцепсов и гастатов формировали 2 передовые боевые линии и должны были градом тяжелых дротиков остановить порыв атакующих и подготовить условиях для атаки триариев, а при удачном стечении обстоятельств – и атаковать самим.
В эллинистической Греции воинов, подобных принцепсам и гастатам, в качестве тяжелой пехоты не рассматривали и именовали тюреофорами, от thyreos – «дверной» щит, призванный компенсировать отсутствие панциря. Действительно защита торса гастатов и принцепсов была очень условна: прямоугольная пластина на ремнях. Шлем был также очень упрощенного типа; в Греции его именовали pilion, от pilos – названия легкого конического шлема, популярного 200 годами раньше.
Вторым следствием была примитивизация тактики. Хотя теоретически предполагалась смена линий гастатов и принцепсов с возможной перспективой вывода в атаку вооруженных копьями триариев, источники не разъясняют нам, как это происходило, и историки с XVI в. спорят о том, как это должно было происходить. Судя по всему, вожди римской армии должны были отказаться от сложного маневрирования на поле боя и полагаться на лобовой удар, без фланговых охватов и взаимодействия с конницей.
Наиболее такая армия была приспособлена для разгрома галлов, которые были хуже вооружены и в массе не имели доспехов. Легионеры должны были сомкнуть щиты и выдержать натиск физически крепких, но постоянно поражаемых летящими через головы дротиками воинов.
Единственное короткое столкновение с немногочисленной, но профессиональной армией Пирра оставило у римлян крайне неприятные воспоминания.
Неудивительно, что во Второй Пунической войне 218–201 гг. до н.э. римская армия буквально умылась кровью. Против привыкшего к победам над качественно уступающим противником ополчения выступила сравнимая по численности и заметно превосходящая по организованности армия, которой руководил выдающийся полководец.
На протяжении 218–216 гг. Ганнибал разгромил наголову в общей сложности 6 консульских армий. Потери римлян только убитыми были больше 100 тысяч, снятые с убитых сенаторов кольца отсылались в Карфаген мешками. Ганнибал угрожал самому существованию Рима.
В этой ситуации очевидные недостатки призывной римской армии обернулись преимуществами.
Молодые призывники в больших количествах закупали дешевое и относительно легкое вооружение и быстро осваивали примитивную тактику.
Даже огромные потери начального периода войны не исчерпали людских ресурсов Рима, и половину этих людских ресурсов поставляли сохранившие верность союзники: каждый легион поддерживали 10 вспомогательных когорт, в которых собственно римлянами были только префекты.
Численное превосходство позволило римлянам к середине войны захватить инициативу, запереть Ганнибала в Южной Италии, разгромить карфагенские войска на других театрах и перенести войну в Африку.
Политическая элита выдвигала, а народ избирал на должности, связанные с командованием войсками, подготовленных к этому людей, как «меч Рима» Клавдий Марцелл и П. Корнелий Сципион.
Народная армия целиком оставалась в подчинении государства. В 215 г. до н.э. в Испании была разгромлена армия братьев Публия и Гнея Корнелиев Сципионов (отец и дядя победителя Ганнибала). Один из уцелевших командиров восстановил управляемость в толпе беглецов и принял на себя полномочия пропретора. Сенат не утвердил его и прислал замену. А военная и политическая карьера храброго и решительного воина на этом кончилась. Во всяком случае, в источниках его имя более не встречается
Рим славился жестокими наказаниями для нарушителей субординации и дисциплины. Однако именно народная армия отличалась низким уровнем дисциплины.
Вторая Пуническая война была для Рима поистине Отечественной войной, и в ней победила народная армия со всеми ее положительными и отрицательными сторонами.
ПОЛИТИЧЕСКАЯ АРМИЯ
Победа в войне означала для Рима не только устранение противника. С этого времени можно говорить об Imperium Romanum – власти римского народа над завоеванными странами. Теперь римские армии годами вели боевые действия на Балканах, в Малой Азии и Африке.
Обширные территории были превращены в провинции – владения римского народа, в которые назначались пропреторы. Сбор налогов с этих территорий осуществлялся откупщиками, как правило – из сословия римских всадников, с которыми сенаторы делили выгоды от завоеваний.
Ситуация осложнялась развитием товарно-денежных отношений. Во II в. до н.э. в Италии развивались высокотоварные рабовладельческие виллы, хозяева которых приобретали земли беднеющих крестьян и использовали труд приобретаемых на рынках рабов из провинций. Для того, чтобы вывести на новые земли колонию и сократить в Италии количество неимущих, необходимо было политическое решение.
Речи о защите Отечества уже не было – воины были вынуждены надолго отрываться от семьи и хозяйства и воевать для обогащения нобилитета. Распространение получила неслыханная ранее практика откупа от призыва. Передаваемый гражданину приказ консула мог быть отменен решением подкупленного плебейского трибуна. Изначально правозащитная должность плебейского трибуна (tribunus plebis – не «народный», как традиционно переводят), который и избирался-то не на собрании, а на так называемых плебейских сходках, превратилась в трамплин для политических авантюристов.
При необходимости римские власти без малейшего колебания пускали в ход армию против внутреннего врага. Примером может служить знаменитое дело о вакханалиях – преступном отправлении религиозного культа и связанных с ним тяжких уголовных преступлениях.
Тогда свидетелей пришлось прятать в забаррикадированном доме тещи консула под охраной ликторов, а Сенат по представлению консула собрал граждан на Собрание и объявил мобилизацию и военное положение.
Однако в политической борьбе армия не участвовала. В 133 г. до н.э. плебейский трибун Тиберий Гракх попытался захватить власть и был убит в драке на Форуме. В 121 г. до н.э. его брат, бывший плебейский трибун Гай Гракх попытался воздействовать на Собрание с помощью вооруженных банд и также был убит в уличном столкновении. В 99 г. до н.э. прямо на Капитолии был забросан камнями осужденный за политическое убийство плебейский трибун Апулей Сатурнин, в 91 г. был убит – уже без всякого приговора – создавший вооруженные отряды плебейский трибун Ливий Друз. Однако эти убийства были средством политической борьбы. Санкции на применение армии против граждан не было.
Воевала народная армия отвратительно. В 153–132 гг. до н.э. продолжалась война на Иберийском полуострове, сопровождавшаяся вероломным истреблением союзных племен, грабежами и такими злоупотреблениями римских военачальников, что приходилось рассматривать дела в суде. Война началась с разгрома армии рииского пропретора в 153 г. до н.э., а в 137 г. до н.э. пришлось дипломатическими методами спасать от уничтожения окруженную армию консула Гостилия Манцина.
В 138–132 гг. продолжалось рабское восстание на Сицилии, и для его подавления пришлось отправлять консульскую армию.
В дальнейшем стал нормой систематический разгром консульских армий.
В 130 г. до н.э. царь основанного в Пергаме «Государства Солнца» Аристоник разгромил и казнил консула П. Лициния Красса Муциана.
В 113 г. до н.э. кимвры разгромили при Норее консула Папирия Карбона
Война в Африке против непокорного нумидийского царя Югурты ознаменовалась серией позорных поражений. В 109 г. до н.э. подкупленные центурионы пропустили врага в лагерь, и разгромленная армия пропретора Авла Постумия Альбина должна была пройти под ярмом.
В 107 г. в сражении с гельветами погибла армия во главе с консулом Л. Кассием Лонгином.
В 105 г. до н.э. вернувшиеся кимвры уничтожили при Араузии объединенную армию консула Гн. Манлия Максима и проконсула Кв. Сервилия Цепиона. На поле боя легло 80 тыс. воинов – больше, чем при Каннах.
В этой ситуации консул Гай Марий провел реформу комплектовании легионов из числа вооружаемых из государственных арсеналов пролетариев – неимущих, которые ранее не могли вступить в армию, так как из всего имущества имели только потомство (proles).
Командный состав армии остался политизированным: легионы по-прежнему ежегодно набирали консулы и преторы, военные трибуны также ежегодно избирались, а в дополнительно набранные легионы назначались консулами.
Это немедленно привело к тому, что неимущие наемные воины увидели в популярных политиках гарантию своего будущего. Уже 88 г. до н.э. консул Л. Корнелий Сулла отказался признать приказ Собрания о сдаче командования, ввел в Рим легионы и разогнал вооруженные отряды плебейского трибуна Сульпиция Руфа. В 87 г. до н.э. то же самое проделал бежавший из Рима автор военной реформы консул Гай Марий. В 83–82 гг. до н.э. Сулла разгромил марианцев и захватил власть.
Политизированная наемная армия готова была служить кому угодно. В 78 г. до н.э. консул М. Эмилий Лепид присоединился к восстанию этрусков, а бывший претор-марианец Кв. Серторий поднял против Сената племена Испании и заключил союз с внешним врагами Рима – галлами, понтийцами, пиратами. В 62 г. до н.э. политический авантюрист Л. Сервий Катилина двинул на Рим легионы ветеранов, обещая просто отмену долгов и истребление политических врагов. В 49 г. до н.э. римская армия разделилась на 3 группировки во главе с собственными вождями.
Начался новый этап гражданских войн, завершившийся в 30 г. до н.э. установлением режима Принципата.
Профессиональная армия с политизированным командным составом оказалась несовместимой с республиканским строем, тем более в ситуации социального кризиса.
(продолжение следует)
