Altaica Militarica
Active member
Коль скоро возник вопрос о терминах "кош" и "кошун", уместно привести лингвистические данные.
Слово, по всей видимости, заимствовано казаками в середине 17 в. у дэрбэтов, кочевавших в междуречье Дона и Волги. За это говорит как его значения, отличающееся от аналогичного слова в языке халха-монголов, так и фонетика, характерная именно для калмыцкого (в т.ч. и дэрбэтского) языка.
В монгольском языке нет звука [к]. Но он есть в ойратском. Следовательно, заимствование происходило из ойратского. Наиболее возможным источником заимствования были дэрбэты, кочевавшие, как я уже говорил в междуречьи Дона и Волги.
В монгольском языке слово "хош" означает "походную юрту (без решетчатых стен-ханов); юрту, где размещается кухня". У калмыков "хош" - это "походный стан; временная стоянка". Слова, в современном калмыцком произносящиеся через "х", в 17 веке зачастую произносились через "q", что видно из русских архивных документов. Множественное число от "хош" звучит как "хошуд".
Т.о. слово "кош" к слову "кошун" отношения не имеет. Поэтому ясно значение слова "кошевой" - "тот, кто находится в коше и приглядывает за ним".
"Кошун", в современном монгольском "хошуун", в калмыцком также "хошуун". В старописьменном - "qosigun". "Г", записываемая при транслитерации как греческая "гамма", пропадает в современном языке. Множественное число - "хошууд". Изначально означает "клюв", а также "военно-административную единицу", по-китайски передаваемую как "ци" (кит. "знамя"), по-маньчжурски "гуса" (маньчж. "знаменный корпус"). 3 основных подразделения каждого знаменного корпуса (из маньчжур, монголов и китайцев) назывались по-монгольски "хошуун". К чему приравнять его по числености - к дивизии или полку - можно спорить, т.к. каждый "хошуун" состоял из разного количества "суманов" (военно-административная единица из 150 человек). В ряде среднеазиатских языков, в. т.ч. таджикском, слово "хошуун" было заимствовано в форме "кошун" в период господства Чагатайской династии.
Т.о. становится ясным, что "кошун" не имел постоянной численности и зависел от реальных возможностей возглавлявшего его феодала. Отсюда и невозможность рассчитать количество воинов в "кошунах" Амира Тимура.
Слово, по всей видимости, заимствовано казаками в середине 17 в. у дэрбэтов, кочевавших в междуречье Дона и Волги. За это говорит как его значения, отличающееся от аналогичного слова в языке халха-монголов, так и фонетика, характерная именно для калмыцкого (в т.ч. и дэрбэтского) языка.
В монгольском языке нет звука [к]. Но он есть в ойратском. Следовательно, заимствование происходило из ойратского. Наиболее возможным источником заимствования были дэрбэты, кочевавшие, как я уже говорил в междуречьи Дона и Волги.
В монгольском языке слово "хош" означает "походную юрту (без решетчатых стен-ханов); юрту, где размещается кухня". У калмыков "хош" - это "походный стан; временная стоянка". Слова, в современном калмыцком произносящиеся через "х", в 17 веке зачастую произносились через "q", что видно из русских архивных документов. Множественное число от "хош" звучит как "хошуд".
Т.о. слово "кош" к слову "кошун" отношения не имеет. Поэтому ясно значение слова "кошевой" - "тот, кто находится в коше и приглядывает за ним".
"Кошун", в современном монгольском "хошуун", в калмыцком также "хошуун". В старописьменном - "qosigun". "Г", записываемая при транслитерации как греческая "гамма", пропадает в современном языке. Множественное число - "хошууд". Изначально означает "клюв", а также "военно-административную единицу", по-китайски передаваемую как "ци" (кит. "знамя"), по-маньчжурски "гуса" (маньчж. "знаменный корпус"). 3 основных подразделения каждого знаменного корпуса (из маньчжур, монголов и китайцев) назывались по-монгольски "хошуун". К чему приравнять его по числености - к дивизии или полку - можно спорить, т.к. каждый "хошуун" состоял из разного количества "суманов" (военно-административная единица из 150 человек). В ряде среднеазиатских языков, в. т.ч. таджикском, слово "хошуун" было заимствовано в форме "кошун" в период господства Чагатайской династии.
Т.о. становится ясным, что "кошун" не имел постоянной численности и зависел от реальных возможностей возглавлявшего его феодала. Отсюда и невозможность рассчитать количество воинов в "кошунах" Амира Тимура.