"Летописец Великого княжества Литовского и Жмойтского" по летописи Рачинского:
"Будучы великому князю Кгидимину пры старости своеи, и сплодил сем сынов, а осмую дочку, именем Ганну, которую дал до Ляхов в малженство сыну Казымерову Владиславу Локетку, коли писано от божого нароженя тисеча трыста двадцатого году. И будучы князь великии Кгидимин у великои старости своеи, и пры своем жывоте розделил всих сынов своих, и пяти сынов своих посадил на вделех, || то ест старшого сына Монтивида на Корачове да на Слониме, а Нарымунта на Пинску, а Олкгирда на Креве, а к тому князь витебскии сынов не мел, толко дочку, и он за Олкгирда дал дочку свою и прынял его у землю Витебскую. А Коръяту дал Новгородок, а Люборту дал Володимер и Луческ, и землю Волынскую. А старшых двух сынов своих посадил на великих князствах: Евнутя на стольцы своем на Вилни и на Великом князстве Литовском, а Кестутя на Троцэх и на всеи земли Жомоитскои. И розделившы их сам почестне умер."
Аналогичные тексты и в других западно-русских летописях: Евреиновской, Быховца, Красинского, Румянцевской и т.д.
У Германа Вартберга про "убивство литовского короля" за период 1335-1342 ничего нет.
Великорусские летописи или вообще никак не упоминают о таком знаменательном событии, или ограничиваются краткими сообщениями типа: "Тои же зимЂ умре князь великыи ГЂдименъ Литовьскыи поганыи." Т.е. умер Гедимин некрещеным своей смертью, иначе говорилось бы "убиен бысть".
ЕМНИП версию об "убивстве" гаковницей ввел в оборот Вольф, ссылаясь на какие-то родословные источники.